Эллери Квин, "Тайна римской шляпы", 1929
Aug. 28th, 2019 06:10 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
seminaristНастоящая тайна этой книги - как она умудряется одновременно быть настолько нелепой и настолько скучной. Убит нечистый на руку адвокат, много лет руководивший делами преступной шайки и шантажировавший добропорядочных граждан (эти занятия между собою не связаны). Полиция и прокуратура как при жизни не могла отыскать никаких доказательств его преступной деятельности, так и после смерти ничего не находит. Они многократно обыскали его контору и жилище, и каким-то образом убедились, что он больше не имел никакого дополнительного пристанища, тайника, комнаты на чужое имя или даже сейфа в банке. Интересно, как им это удалось в Нью-Йорке в 1923 году, но допустим.
Эллери Квин (главный герой, сыщик-любитель) провозглашает, что, раз документов не нашли в неоднократно обысканной конторе, они необходимо должны быть в столь же тщательно обысканной квартире. Почему неверно обратное - не уточняется. Со своим отцом - инспектором полиции - и помощником прокурора он возвращается в квартиру убитого для еще одного обыска. Ищут весь день безрезультатно. Господа! - восклицает Эллери Квин. - Мы обыскали обстановку, мы обыскали стены, полы... Но мы с вами забыли... о потолке! Читатель ждет, что герои станут долбить штукатурку, но Квин указывает на массивный резной балдахин с камчатым пологом, украшающий кровать покойного. Полицейские, при скрупулезном и неоднократном обыске проигнорировавшие такую деталь интерьера, заслуживают, конечно, позорной отставки, но герои бросаются на балдахин и раздирают его по кускам.
В нише деревянного каркаса спрятаны четыре шляпы. Под подкладкой этих шляп покойный хранил все свои секретные документы - в одной информацию о деятельности разветвленной преступной сети, в двух других - компромат на шантажируемых (по одной на жертву), а в четвертой - "разное". Помощник прокурора хватает первую шляпу и в восторге убегает в свою прокуратуру. Теперь он всех пересажает!
При этом повествование безбожно растянуто. Подробно описаны допросы, на которых ничего не удается узнать, обыски, при которых ничего не находят и беседы героев, в двадцатый раз толкущих воду в ступе. Снова и снова в однообразных выражениях автор показывает скучный быт героев, кресла, в которых они сидят, кофе, который они пьют, слугу-подростка, которого они для какой-то цели, не имеющей отношения к делу, завели в доме. Если бы не вся эта назойливая и нудная чепуха, роман можно было бы без всякого ущерба сжать до размеров рассказа, напечатать в одном номере не очень важного журнала, прочитать между двумя станциями пригородного поезда и забыть прежде, чем номер отправится в вокзальную урну.
Эллери Квин (главный герой, сыщик-любитель) провозглашает, что, раз документов не нашли в неоднократно обысканной конторе, они необходимо должны быть в столь же тщательно обысканной квартире. Почему неверно обратное - не уточняется. Со своим отцом - инспектором полиции - и помощником прокурора он возвращается в квартиру убитого для еще одного обыска. Ищут весь день безрезультатно. Господа! - восклицает Эллери Квин. - Мы обыскали обстановку, мы обыскали стены, полы... Но мы с вами забыли... о потолке! Читатель ждет, что герои станут долбить штукатурку, но Квин указывает на массивный резной балдахин с камчатым пологом, украшающий кровать покойного. Полицейские, при скрупулезном и неоднократном обыске проигнорировавшие такую деталь интерьера, заслуживают, конечно, позорной отставки, но герои бросаются на балдахин и раздирают его по кускам.
В нише деревянного каркаса спрятаны четыре шляпы. Под подкладкой этих шляп покойный хранил все свои секретные документы - в одной информацию о деятельности разветвленной преступной сети, в двух других - компромат на шантажируемых (по одной на жертву), а в четвертой - "разное". Помощник прокурора хватает первую шляпу и в восторге убегает в свою прокуратуру. Теперь он всех пересажает!
При этом повествование безбожно растянуто. Подробно описаны допросы, на которых ничего не удается узнать, обыски, при которых ничего не находят и беседы героев, в двадцатый раз толкущих воду в ступе. Снова и снова в однообразных выражениях автор показывает скучный быт героев, кресла, в которых они сидят, кофе, который они пьют, слугу-подростка, которого они для какой-то цели, не имеющей отношения к делу, завели в доме. Если бы не вся эта назойливая и нудная чепуха, роман можно было бы без всякого ущерба сжать до размеров рассказа, напечатать в одном номере не очень важного журнала, прочитать между двумя станциями пригородного поезда и забыть прежде, чем номер отправится в вокзальную урну.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2019-08-28 10:27 pm (UTC)no subject
Date: 2019-08-28 11:51 pm (UTC)no subject
Date: 2019-08-29 12:30 am (UTC)Must... resist... checking... all Western Canon.. against... Good Reads...
Someone already did:
Date: 2019-08-29 01:03 am (UTC)Re: Someone already did:
Date: 2019-08-29 04:00 pm (UTC)Любопытно, что Прест и Нак высоко - я слышал много раз высоколобую критику Достоевского по поводу его "бульварщины", то есть способности писать развлекательно.
Good Reads, конечно, измеряет именно развлекательность...
Western Canon, в этом смысле, в принципе, не может соревноваться с современной прозой. Контекст ушел, а желание назначить что-то не поддающейся времени константой остается...
В свое время все эти книги наделали, без сомнения, много шума.
no subject
Date: 2019-08-28 11:40 pm (UTC)no subject
Date: 2019-08-29 05:36 am (UTC)no subject
Date: 2019-08-29 03:05 pm (UTC)