seminarist: (Default)
- Отпусти меня.
- Я носил тебя на руках!.. - у него опустились руки.
Она с криком упала к его ногам.
- Как же низко ты пала.. - произнёс он.

(вдохновлено [livejournal.com profile] avrukinesku).
seminarist: (Default)
- Вы позволите закурить, мадам?
- Пожалуйста, я люблю табачный дым. Он мне напоминает о моем бедном муже. Он всегда курил именно эти папиросы.
- О, мадам, мои глубочайшие соболезнования. Я не знал...
- Чего не знали?
- Не знал о смерти вашего почтенного супруга. Такая трагедия!..
- Что вы, мой муж жив и здоров!
- Но вы сказали...
- Просто он бросил курить: я настояла. Это было вредно для его здоровья.
- Но вы назвали его бедным!..
- А что же он - богатый? Мсье, не смешите меня. Эти налоги...
seminarist: (Default)
- Я несказанно рад, что мне привелось дожить до этого дня, и всё это услышать...

Собравшиеся недоуменно переглянулись, в зале поднялся ропот.

- Потому что если бы я умер, то перевернулся бы сегодня в гробу.
seminarist: (Default)
Некоторое время назад, не то в Лондоне, не то в Париже произошло такое событие: с аукциона продавался уникальный трюфель, весом чуть не в килограмм. Его купила в складчину группа гурманов (он стоил многие тысячи), и положили в холодильный сейф знаменитого ресторана. К сожалению, в сейфе он сгнил.

Отчего я не писатель? Я написал бы про это рассказ "Гриб". Перенес бы действие, скажем, в послевоенный Лондон. Или в завоеванный Париж. Описал бы этих людей, по очереди. Эксцентричный миллиардер, захудалый и спивающийся аристократ, энергичный сноб, готовый на всё, чтобы пробиться в "общество", отставной полковник, старец-гурман из прошлого века, энтузиаст, вложивший в трюфель последние деньги. Ушедший на покой знаменитый шеф, которого они нанимают для этого священнодействия. Их разговоры, их мысли, их страхи и страдания, их надежды и мечты... Всё заканчивается похоронами гриба в дубовой роще. Полковник говорит краткую речь.

Это был бы добрый и светлый рассказ, слышите? После него читатель чувствовал бы себя чище, выше, шире. Помимо гаммы чувств и палитры человеческих отношений, в него вошло бы всё, что только можно узнать о трюфелях при помощи интернета и британской энциклопедии. Цены на трюфели на мировом рынке поднялись бы в полтора раза...

Ну отчего я не писатель?
seminarist: (Default)
"В ожидании жидов"
seminarist: (Default)
посинел и весь распух...
seminarist: (Default)
после смерти в наказание послали в рай. Там ему не на что пожаловаться. Адские муки.
seminarist: (Default)
огромный, толстый и квадратный, похож на диван.
seminarist: (Default)
(учения о том, что Испания на самом деле то же, что Китай, а луна обыкновенно делается в Гамбурге): академик Фламенко и профессор Носковский).
seminarist: (Default)
Как один кузнец в Аркхаме был ничего себе, обычный кузнец, только зеленый. У него предки были Глубоководные. Он был странный, целыми днями, вместо чтобы в кузнице работать, просиживал в траве и ел ее. Дружил с мухами. Панически боялся козявок. Как увидит козявку, ни за что не тронет. Кончилось это все плохо. Пришла за ним гигантская амфибия, воплощение Ктулху, и съела кузнеца.

Герб

Jun. 12th, 2003 05:43 pm
seminarist: (Default)
Изображающий рака на безрыбье. Девиз: За неимением лучшего.
seminarist: (Default)
А другой лицемер умер и попал в ад. Стоит он в хвосте перед воротами, весь трясется от страха - думает, вот, сейчас потащут его на сковородке жарить, в смоле варить, вилами тыкать. Но вдруг подходит к нему этак конфиденциально черт, и отводит в сторону. Пал Саныч, говорит, мы с вами много вместе работали, и не думайте, что мы забываем старых друзей. Могу, между прочим, по знакомству вас, вместо ада - в рай пристроить. Лицемер что, да как - а черт: И не сумлевайтесь, сделаем в лучшем виде. Там и не заметят. Сейчас ему на пропуск дунул, плюнул - там вместо "Ада" "Рай" обозначился - и вознесло Пал Саныча в кущи. А там благолепие. Лики праведных осанну воспевают, ангелы повсюду, сияние неземное... И ни голода они не знают, ни усталости - знай воспевают да воспевают осанну. Поначалу Пал Саныч обрадовался, и пошел по кущам гулять. Пристроился к одному лику, с ними осанну воспел, потом к другому. Но через пару дней взяла его тоска и скука смертная: поют праведники осанну, а Пал Санычу-то что за радость? А у праведников ровно и другого дела нет. Осанна да слава в вышних. Он туда, сюда - везде одно и то же, и деваться от этого некуда. И возопил тогда Пал Саныч: уж лучше ад, чем эта тягомотина, забирайте меня обратно в преисподнюю, только скорее. Вопил он так, кричал - наконец, рядом с ним раздвинулось облачко, и выглянул черт-старый знакомый. - Чего, мол, зря кричишь! Ведь это твой ад и есть.
seminarist: (Default)
Жил-был подлец. И решил подлец для своих корыстных, подлых целей притвориться праведником. И притворялся он праведником тридцать лет и три года. Детей по головкам гладил. Милостыню раздавал. Больным и увечным помогал. Жизнью рисковал не раз - репутацию поддерживал. Читал божественное, кушал постное. И слава о нем пошла такая, что лучше не надо. И вот наконец настало ему время черное дело совершать - такое, что еще не слыханно. Потому что такого праведника кто же заподозрит в этаком деле! Встал он утром, стал одеваться, запонки в воротничке застегивать - и вдруг хватил его удар. Прилетели ангелы, и забрали его в рай - по совокупности трудов.
seminarist: (Default)
в квартире на Литейном, при свечах (электричество отключили), компания белобилетчиков, спекулянтов, земгусаров, журналистов и просто сомнительных личностей, перепившись последним шампанским, горланила в полвторого ночи "Я гений Игорь Северянин" на мотив "Интернационала". Вместо припева пели "Ананасы в шампанском". Ананасов, впрочем, уже не было.
seminarist: (Default)
Написать рассказ в духе прогрессивных немецких авторов. Молодой человек без царя в голове, любитель розыгрышей, в шутку вступает в НСДАП - на каком-то митинге в 1930-м году. Он произносит зажигательные пародийные речи, с важным видом марширует в колонне штурмовиков - и, незаметно для себя, делает партийную карьеру. А уже середина 30-х, его соседей по богемному дому и собутыльников из артистической кофейни кого сослали, кого забрали, дело принимает серьёзный оборот. А он чем дальше - тем больше продвигается по партийной лестнице, благодаря влиятельным родственникам - промышленникам, генералам и графам, которые его вступление в партию восприняли всерьёз, как мудрый карьерный шаг - и наперебой переписывают в его пользу завещания...

April 2017

S M T W T F S
       1
23 4 5 6 78
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 08:46 am
Powered by Dreamwidth Studios